Адрес: г. Тюмень
ул. Широтная 173 корп. 6
тел: (3452) 533-278
e-mail: prilensk@mail.ru
Теория и практика холотропного дыхания  

Веками был известен факт, что с помощью дыхания, регулируемого различными способами, можно оказывать влияние на состояние сознания. Процедуры, которые использовались в этих целях в древних культурах Востока, варьировались довольно широко – от активных (насильственных) вмешательств в дыхательный процесс до утонченных методов духовных практик (традиций). Станислав Гроф рассказал, что на семинарах в Эсаленовском институте (Биг-Сур, Калифорния), рассчитанных на продолжительную работу в течение месяца, «мы экспериментировали с различными приемами изменения дыхания, взятыми как из различных духовных практик, так и из процедур практической психотерапии гуманистической психологии. Мы пришли к заключению, что специфическая техника дыхания менее значима, чем процедура учащенного дыхания в сочетании с полной концентрацией и осознаванием внутреннего процесса. 

Основная стратегия холотропной терапии сводится к тому, чтобы доверять мудрости нашего тела. И, следовательно, главная рекомендация состоит в том, чтобы прислушиваться к внутренним голосам организма, следовать им, а не искусственным концептуальным схемам».
Ю.А.Бубеев, В.В.Козлов (2001) провели лабораторные исследования, направленные на изучение влияния связного, свободного и холотропного дыхания на функционирование ЦНС и на адаптацию основных функциональных систем организма. Авторы, анализируя в целом динамику электрической активности головного мозга в процессе связанного дыхания, отмечают ряд совершенно четких параллелей с соответствующей динамикой во время сна. По существу, измененное сознание при использовании дыхательных техник – это своеобразный, искусственно вызываемый действием гипервентиляции сон с сохранением волевого контроля. Это определяет основные черты сходства между ЭЭГ сна и ЭЭГ измененных состояний сознания.
Иными словами, частое дыхание вызывает изменения в функциональном состоянии мозга, напоминающие сон. Но, как говорил Зигмунд Фрейд, сон – это королевская дорога (вернее, одна из дорог) в бессознательное!  Именно в холотропном (измененном) состоянии сознания мы имеем возможность соприкоснуться с этими многочисленными пластами неосознаваемого материала.
Станислав Гроф разработал картографию бессознательного, основанную на многочисленных клинических наблюдениях.
Первый уровень бессознательного называется биографическим. Его содержание основывается на опыте переживаний в процессе индивидуального развития, начиная с раннего детства
Согласно концепции С.Грофа, в перинатальном уровне бессознательного можно выделить 4 блока особым образом логически связанных сильных телесных переживаний, заряженных чрезвычайно мощным эмоциональным зарядом, состояний. Нередко противники этой концепции упрекают трансперсональных психотерапевтов в том, что они программируют переживания, рассказывая участникам о возможном спектре переживаний. Прекрасно понимая, что нельзя отрицать возможность программирования, когда пациенты начинают выдавать желаемое за действительное, при проведении терапевтических групп трансперсональной психотерапии мы намерено отказались от сообщения информации подобного рода перед сеансами, так и от различных оценок и интерпретаций в процессе обсуждения пережитого материала и рисунков. Мы также исходим из того, что пережитый опыт важен сам по себе, независимо от того, как и кто его  оценивает. В этой связи уместны слова блестящего психотерапевта А.Е.Алексейчика (1999): «Реальность – в этой многомерности, сравнимости, соизмеримости массы телесных, душевных процессов. К сожалению, в наше время обычная жизнь очень многих людей и их болезни малореальны. Жизнь основывается на том, что люди читали, слышали, видели на экранах, на том, что они думают на основе читанного, слышанного».
Итак, вытесненные в глубины подсознания переживания, связанные с травмой рождения, условно подразделяются на четыре базовых перинатальных матриц (S.Grof, 2001):

  1. Первая базовая перинатальная матрица (изначальное единство с матерью). Эта матрица связана с внутриутробным существованием до начала родов. Об этом опыте может быть сказано как об «околоплодной вселенной». Эмбрион не обладает осознанием границ и не различает между внутренним и внешним. Опыт безмятежного внутриутробного существования «добрая матка» может нарушаться травматичными для плода моментами: гестозы, интоксикации, инфекции, угрожающие жизни, переживания матери в связи с нежеланной беременностью и конфликтами с окружающими.
  2. Вторая базовая перинатальная матрица (космическое поглощение и безысходность или ад). На уже полностью развернувшейся первой стадии биологического рождения маточные схватки периодически сдавливают плод, но шейка матки все еще не раскрыта. Каждая схватка вызывает сдавливание маточных артерий, и плоду угрожает явление нехватки кислорода. Воспроизведение в памяти этой стадии рождения – одно из самых худших переживаний, которые могут быть у нас в процессе самоосвоения, включающего холотропные состояния. Чувство одиночества, вины, бессмысленности жизни и экзистенциального отчаяния достигают метафизического отчаяния. Триада переживаний, характеризующих это состояние, - чувство умирания, сумасшествия и безвозвратности.
  3. Третья базовая перинатальная матрица (борьба смерти и возрождения). Комплекс переживаний связан с процессом проталкивания плода через родовой канал уже после раскрытия шейки матки и нисхождения головы в малый таз. Это вызывает сильное механическое сдавливание, боль, а часто высокую степень недостатка кислорода и удушье. Естественным сопровождением такого столь сильно стесненного и угрожающего жизни состояния является переживание сильной тревоги.
  4. Четвертая перинатальная матрица (переживание смерти и возрождения). Эта матрица соотносится с третьей клинической стадией родов – окончательным выталкиванием плода из родовых путей и обрезанием пуповины. Воскрешение памяти о биологическом рождении переживается не только как простое механическое проигрывание исходного биологического события, но также как духовно-душевная смерть и возрождение. Наше отношение к себе и наши установки по отношению к миру в послеродовой жизни сильно заражены напоминанием о той уязвимости и слабости, которые мы пережили при рождении.

Значительная часть клиентов обращалась самостоятельно, после рекламных объявлений, информационных и просветительских статей, выступлений по радио и телевидению, чтения бесплатных публичных лекций. Довольно часто клиенты обращались по рекомендациям знакомых, которые имели позитивный опыт работы с психотерапевтом, значительно реже - по направлению из поликлиник или от специалистов. Мы исходили из того, что уровень информированности потенциального российского потребителя психотерапии весьма невысок, и важно вести именно просветительскую работу. В своих выступлениях мы, ставили целью информирование населения о целях и задачах психотерапевтической работы. Кроме того, весьма приблизительны представления о психотерапии у врачей, в связи с чем, мы считали необходимым рассказывать им об опыте своей работы.
Для достижения атмосферы доверия в процессе психотерапии в контракте с группой сразу оговаривались условия работы. К этим условиям относятся неразглашение всего того, что происходит с другими участниками в группе, за ее пределами. Участникам для уменьшения межличностной дистанции на период работы предлагалось обращаться друг к другу и к психотерапевтам, ведущим группу, на ты и по имени.
С учетом того, что психотерапевтические процессы касаются состояний измененного сознания и сопровождаются телесной психотерапевтической работой, участникам на период работы в группе предлагалось воздерживаться от употребления психоактивных веществ. При этом мы исходили из того, что алкоголь, наркотики, транквилизаторы, антидепрессанты и нейролептики - это вещества, препятствующие работе по расширению сознания (T. McKenna, 1995). Кроме того, предлагалось также исключить обезболивающие средства, поскольку они могут препятствовать работе по осознанию своего тела.
Рекомендовалось также исключить из диеты мясную пищу, как требующую большое количество энергии для ее переработки. Участники информировались, что во время многих процессов (дыхание, телесноориентированная психотерапия) запрещено покидать зал и  разговаривать. Особо указывалось на недопустимость прерывать проводимую психотерапию.
В первый день, после знакомства участников друг с другом и информирования участников об условиях работы в группе, возможном диапазоне переживаний, переходили к телесноориентированной психотерапии. Цель работы в первый день состоит в снятии психологического и телесного напряжения, сокращении дистанции между участниками, соприкосновении с миром ощущений, подлинными чувствами. С этой целью предлагался блок техник телесноориентированной психотерапии - «театр прикосновений», упражнения на растягивание, скручивание конечностей, работа с суставами с соблюдением основных принципов телесной работы (В.Ю.Баскаков, 2000). Вводя блок телесноориентированной психотерапии, мы солидарны с A.Lowen (1998), который исходил из того, что терапевтический подход не может быть ограничен только работой с защитами слоя «Эго», хотя они очень важны. В то время как мы помогаем человеку осознать его тенденции к отрицанию, проецированию, обвинению или рационализации, это сознательное осознавание редко влияет на мышечное напряжение или освобождает подавленные чувства.
В последующие дни ежедневная работа начиналась с 1,5 - 2 часового блока телесноориентированной психотерапии. На 2-3 день мы активнее применяли «разогревающие» технологии A.Lowen (1998). Мы использовали его классические напряженные позы, предлагая участникам криками и другими голосовыми процессами выразить свои чувства. Это помогало эмоционально “разогреть” группу, преодолеть сопротивление, установить атмосферу доверия и навести «телесный транс». A.Lowen (1998) отмечает, что неспособность вербальной терапии произвести значительные изменения в личности является причиной возросшего интереса к невербальному и телесному подходам. При этом мы исходим из признания ведущей роли двигательного анализатора в интегральных реакциях организма (М.С.Зайцева, 1971). Телесноориентированная терапия позволяла клиенту полнее  осознать собственные телесные и эмоциональные проблемы, разрушить мышечную броню, установить контакт с окружающими. Следует подчеркнуть, что телесная психотерапия позволяла подготовить группу к более эффективной работе в процессе холотропного дыхания.
Кроме классических техник телесноориентированной психотерапии, в процессе подготовки группы к холотропному дыханию широко использовались восточные медитативные техники, в частности динамическая медитация (Osho, 1995). Динамическая медитация позволяет расширить уровень осознание самого себя, освободиться от привычных шаблонов в мышлении, восприятии. Как отмечает Osho, первый шаг в осознании – быть очень бдительным к своему телу и к своим мыслям.
Следующий трехчасовой блок нашей работы – это непосредственно холотропная психотерапия. В процессе холотропной психотерапии широко применялись музыкальные программы, составленные сотрудниками С.Грофа, а также фонограммы, специально разработанные для сессий холотропного дыхания в Трансперсональном Институте (г. Москва). Кроме того, применялись музыкальные произведения из собственной коллекции ритуальной этнической и трансовой музыки. Еще А.Maslow (1997) подчеркивал, что музыка, ритм, танец – прекрасные способы достижения самоидентичности. Так уж устроена человеческая природа, что подобного рода триггеры, подобного рода стимуляция обращена прямо к нашей вегетативной нервной системе, к нашим эндокринным железам, к нашим чувствам и эмоциям. Мы еще мало знаем о физиологии человека, чтобы понять, чем вызвано столь непосредственное воздействие, но оно бесспорно существует. Тщательно подобранная музыка, отмечает S.Grof (2001), по всей видимости, обладает особым значением в холотропных состояниях сознания, где выполняет несколько важных функций. Можно выделить следующие механизмы, связанные с воздействием музыкальных произведений на участников сессий холотропной психотерапии:

  1. Достаточно громкая, незнакомая и необычная по содержанию музыка помогает войти в состояние измененного сознания
  2. Музыкальный ритм этнических произведений (африканские барабаны, шаманская трещотка, арабская и ритмичная японская этническая музыка) сам по себе также обеспечивает возникновение состояний измененного сознания в процессе древних ритуалов;
  3. Музыка приводит в движение и стимулирует выход разнообразных чувств, тесно связанных с особенностями вытесненных воспоминаний (чувство горя, гнев, радость, ощущение героизма и силы, тревоги и страха, любви и покоя);
  4. Музыка помогает открыть дверь в бессознательное участникам, которые отдаются музыкальному потоку и погружаются в самосозерцание (созерцательная, медитативная, трансовая музыка);
  5. Кроме того, музыка заглушает посторонние шумы в связи процессом психотерапевтической проработки вытесненных эмоциональных и телесных проблем у других участников.

В подборе музыкальных произведений мы опирались на принципы, которые приводит С.Гроф (2001). Последовательно фазы сеанса состоят из следующих фаз:

  1. Вступительная музыка (активирующая, ритмичная, эмоционально приподнятая музыка);
  2. Динамичная (ритуальные этнические ритмы);
  3. Музыка прорыва (эмоционально заряженная, драматичная, музыка переживаний);
  4. Душевная музыка (нежная или эмоционально волнующая музыка);
  5. Созерцательная музыка (плавная, неритмичная и задумчивая).

С опытом мы все больше начинали ориентироваться на процессы, происходящие в группе, на их силу, динамичность и содержание, избегая шаблонов и догматических повторений.
В начале сессии всем предлагалось выбрать себе партнера для последующей работы в процессе холотропного дыхания. Во время сессии пациенты обычно дышали в парах – один из них (дышащий, или холонавт) ложился на покрывало с закрытыми глазами, а второй (ситтер, или сиделка) постоянно находился рядом, оказывая необходимую поддержку.
Состояние измененного сознания возникает на фоне интенсивного дыхания в сопровождении специально подобранных музыкальных программ, которые воспроизводились обычно на протяжении около 3 часов. Это состояние позволяло пациентам отреагировать заблокированные, погребенные под невротическими психологическими защитами эмоции, вновь пережить травматические эпизоды, которые всплывали из глубин бессознательного. В связи с этим хочется привести меткое замечание D.Boadella (1987), что в буквальном смысле «эмоция» означает э-моция, то есть движение наружу. В этом смысле эмоция – универсальное проявление всех форм жизни. Даже одноклеточные животные реагируют на стимул расширением или сжатием протоплазмы.
Телесная психотерапевтическая работа, начатая во время так называемых разминок, имеет свое продолжение в процессе холотропной психотерапии.
В классических руководствах по физиологии дыхания, указывается на «синдром гипервентиляции», проявляющийся в виде напряжения в руках и ногах («карпопедальные спазмы»). Станислав Гроф (2001) отмечает, что его опыт (более чем 30000 человек) позволяет говорить, что устоявшееся представление неправильно. Существует множество индивидов, у которых частое непрерывное дыхание в течение 3-4 часов приводит не к напряжению, а к постепенному расслаблению. Таким образом, наблюдаемые физические проявления – это не просто физиологические реакции на гипервентиляцию. Они обладают сложной психосоматической структурой, а по отношению к вовлеченным индивидам обычно и конкретным психологическим смыслом. Мышечное напряжение, которое мы носим в своем теле, может высвобождаться несколькими путями:

  1. Катарсис – освобождение сдерживаемых телесных энергий через выплеск заблокированных эмоций;
  2. Абреакция - освобождение сдерживаемых телесных энергий через дрожь, судорожные сокращения мышц, кашель, отрыжку и рвоту;
  3. Освобождение сдерживаемых телесных энергий через перемежающиеся сокращения мышц различной длительности. В результате этого расходуется огромное количество сдерживаемой ранее энергии.

Чаще всего телесные процессы, происходящие во время дыхания, достаточно просто поддерживать, иногда их приходится поощрять путем телесной специальной психотерапевтической работы в процессе дыхания. Иногда, если остаются неразрешенные эмоции либо остаточное напряжение, мы прибегали после завершения сеанса дыхания к дополнительной работе, которая состояла или в целенаправленной работе с телом, с голосом (приемы телесноориентированной психотерапии), либо мы пользовались принципами гештальттерапии, нередко конфронтируя пациента с отрицаемыми противоположностями.
Очень важным представляется с профессиональной и этической точки зрения проблема личной проработанности психотерапевта, ведущего группу телесноориентированной и холотропной психотерапии. Следует полностью отдавать себе отчет в том, что работа с телом и глубинными переживаниями может пробуждать мощные, эмоционально заряженные чувства, вызывать сильные переносы и контрпереносы. Для того чтобы психотерапевт мог оставаться в процессе работы в контексте проводимой психотерапии, чрезвычайно важно, чтобы он работал со своими собственными проблемами, и, в первую очередь, с проблемами телесными. Если не решены собственные сексуальные проблемы, имеется заблокированная, не проработанная агрессивность, страхи, не проработанные проблемы безопасности и отсутствия поддержки в процессе собственного развития, неосознаваемые проблемы самореализации, очень велик риск, что психотерапевт невольно все это будет пытаться решить за счет пациентов.

С уважением и любовью! Ваш личный психотерапевт Б.Ю.Приленский

© 2019 ООО Консалтинговый Центр «Академия социальной адаптации и практики бизнеса»